Сегодня, 28 июля, состоится внеплановая встреча президента Украины с президентом США. Кардинальных решений ждать не стоит. Ближайшие четыре недели обе стороны сосредоточатся на укреплении позиций на земле и воде. Это касается не только Киева и Москвы, но и Вашингтона в диалоге с Ираном и Китаем.
Фокус стоит держать на реальных действиях, а не на словах. Осенью появится новое окно для переговоров. Если договоренностей не будет, риск эскалации возрастет. Зима может стать значительно тяжелее предыдущей: Россия способна попытаться создать гуманитарный кризис в Украине.
Экспертное сообщество исходит из базового сценария. Россия вряд ли захватит Славянск и Краматорск до конца 2026 года. Война перейдет на 2027-й. Москва может вести боевые действия еще как минимум год, но расходы будут расти. В Украине и среди адекватных голосов в России усиливается понимание цены продолжения конфликта. Мотивация остановить его растет.
Козыри России и Украины
Условным стартом подготовки к переговорам станет 20 сентября, когда лидер Китая посетит США. Агрессия против Украины — не главный вопрос повестки дня Вашингтона и Пекина. Однако ее влияние на энергетику, продовольствие и свободу судоходства заставляет считаться.
Россия, вероятно, покажет контроль над Константиновкой, продвижение в Алексеево-Дружковку и Дружковку. Возможны успехи у Лимана, на северо-востоке Харьковщины и на восточном берегу Оскола. Плюс определенная диспозиция на Запорожье. Кремль будет говорить о завершении подготовки к финализации «целей СВО». Параллельно будет планировать удары по прифронтовым регионам и попытку создать волну беженцев.
Украина подчеркивает: технически готова блокировать оккупантов в Крыму, перекрыть Дон и Азов, ограничить судоходство в Черном море. Готова поражать теплогенерацию вплоть до Санкт-Петербурга и Урала, повторять удары по НПЗ и логистике вокруг Москвы. Пока этого не делает. Захват нескольких сотен квадратных километров ничего радикально не изменит на фронте. Киев не боится продолжения войны, но категорически его не хочет.
Любой компромисс без немедленного возвращения территорий 1991 года, выдачи преступников и компенсаций — это уступка за счет жертвы агрессии. История знает такие примеры, в частности финско-советскую войну 1939–1940 годов. Вопрос — в содержании и последствиях.
Россия сначала делала ставку на капитуляцию Украины. Когда план не сработал, сместилась к компромиссу за счет Киева с дальнейшим движением к формальному признанию захваченного. Украина твердо держится позиции: никаких формальных признаний и шагов, ведущих к потере субъектности.
Казахстан балансирует. Его президент зависит от Москвы в военном плане, но ощущает давление. Астана открывает сбор гуманитарной помощи Украине, одновременно остается важным маршрутом обхода санкций. Удары по российским объектам в Каспийском регионе и близких городах затрагивают интересы Астаны. Логично ожидать дипломатических реверансов в сторону Украины.
До 20 сентября должен сформироваться контур «все за мир». Однако Путину нужна новая волна мобилизации. Если давление возрастет, провести ее станет сложнее. Возможна требование взаимно отказаться от дальних ударов. Это повысит цену войны для России. Москва взамен будет пытаться поднять цену для Украины, чтобы сместить точку компромисса ближе к своей.
Цена распределена неравномерно. Прифронтовые регионы ощущают ее уже сейчас. В тылу — иначе. Нужна качественная разъяснительная работа: быстрые односторонние решения со стороны Украины будут стоить дороже. Главная красная линия — сохранение внешней поддержки на уровне около 40 процентов оборонного ресурса.
Ситуация остается открытой. Готовиться стоит уже летом.
